Чем блат отличается от привилегии? Если вкратце, то блат – это неофициально полученные преимущества в чем-либо, тогда как привилегия подразумевает официальные пути к той же цели. Различить их бывает непросто. В «Литературной газете» в прошлом веке вышла статья про одного проходимца, который добился для себя привилегии нарушать ПДД и даже получил где-то «наверху» разрешение проезжать железнодорожные переезды при закрытых шлагбаумах! Ну, и кто он – блатной или нет? Сегодня вспоминаем тех, кто во времена СССР открыто позволял себе как отклонение от соблюдения ПДД, так и откровенное дорожное хамство. В ту эпоху, как принято считать, все гайки были закручены, а потому народ, в целом, был законопослушным и смирным. Однако же дорожное неравенство проявлялось и тогда, пусть и в ином масштабе. Взять, к примеру, блатные номера. Можно не признавать правомочности такого термина, но еще в 1946 году была проведена «номерная реформа», согласно которой номера для частников и служебного транспорта разделили. Сначала появились серии МА, МЩ и ЭО для «слуг народа». Позже, уже в 1960-х годах, узаконили серии МКМ для столичной милиции, а также ММА, ММБ, ММВ, ММГ, ММС для ведомства, находящегося на площади Дзержинского (сегодня это Лубянка). Само собой, что все инспекторы ГАИ прекрасно знали, кому какие серии принадлежат, а потому предпочитали с некоторыми из них не связываться. В регионах для местной администрации также были свои сочетания букв на номерных знаках. Впрочем, подобное разделение не имеет отношения к так называемым «блатным» водителям. Другое дело, когда заполучить какой-то «особенный» номер на личный автомобиль пытались частники, заявляющие таким образом о своем праве ездить не по правилам. Основную когорту таких водителей составляли артисты и спортсмены. Как правило, подобные водители даже любили, когда их все-таки задерживали за нарушения ПДД, поскольку, чаще всего, дело кончалось улыбками и пожеланиями «больше так не ездить». Откровенное хулиганство наподобие демонстративного разворота в центре столицы через двойную сплошную также сходило многим с рук. Порой такие маневры проделывались на спор. И то, за что обыкновенного водителя наказали бы очень серьезно, им прощалось. Конечно, представителями богемы дело не ограничивалось. В СССР существовали и «мажоры». Их называли стилягами, но сами они предпочитали слово «штатники». Чаще всего советские мажоры были детьми партийной элиты и творческой интеллигенции, а также высокопоставленных сотрудников государственных служб, милиции, спецслужб, прославленных ученых, артистов и спортсменов. Про их детей писали фельетоны, на них рисовали карикатуры, но должного эффекта это не приносило. Помимо родительских автомобилей, их атрибутами были цветастые пиджаки и яркие галстуки, стильные украшения и портативная ненашенская аудиотехника. На чем ездила и хулиганила блатная молодежь? А по-разному, в зависимости от родительских возможностей. Выбор транспортных средств для своих шалостей у отпрысков тогдашней номенклатуры всегда был куда богаче, чем у обыкновенных граждан. И если простому смертному даже для приобретения Запорожца или Москвича приходилось записываться в очереди, влезать в долги и ждать годами, то «золотая молодежь» щеголяла и на редких иномарках, и на Волгах, а позднее – на последних моделях Жигулей. Стиль поведения был примерно таким же, как у современных абу-водителей: гонки по городским улицам на максимальных скоростях, демонстративное пренебрежение знаками и разметкой, парковка поперек тротуара, проезд на красный и через опущенные шлагбаумы. Сохранность автомобилей – ни своих, ни чужих – их не волновала. Да и никаких камер тогда не было: фиксировать нарушения могли только дежурившие поблизости инспекторы Госавтоинспекции. Наказания дети привилегированных пап и мам не боялись. Но если скандал докатывался до их родителей, а лучше – до начальников родителей, то цена расплаты за хулиганство расшалившихся деток могла быть для них несоизмеримо выше, чем сегодня. Высокопоставленный папа, вызванный «на ковер» куда-то «наверх», мог легко лишиться всего – от членства в партии до кабинетного кресла. Сегодня все меряется только деньгами, а тогда на кону стояла фактически судьба людей: нельзя было сесть в самолет и улететь жить в другую страну. Но даже при этом мажоры не унимались, а потому окончательной победы над ними государство, в общем-то, не одержало. Эксперт Канунников рассказал про забытую советскую малолитражку 1950-х годов.
