Бежавшие из Чечни геи рассказали о второй секретной тюрьме
Бежавшие из Чечни геи рассказали «Радио Свобода» о двух секретных тюрьмах, действовавших в республике уже с 2016 года. Помимо тюрьмы в Аргуне, о которой ранее писали СМИ, была еще одна — в Цоци-Юрте. Международные правозащитные организации серьезно заинтересовались этими данными, и занимаются их проверкой. Дело может дойти до ООН.
Радиостанция собрала свидетельства бежавших из республики геев: они описали облавы, которые устраивают силовики, и последствия для них самих и их семей в случае поимки. В материале есть видео одной из подобных облав.
По данным источников РС, облавы на геев начались вовсе не в феврале, а в декабре 2016 года. У силовиков были наметки: чеченская полиция и военные давно занимаются так называемыми «подставами», когда с жертвой знакомятся, выманивают на свидание, избивают и унижают, снимая это на телефон, а потом требуют денег за молчание. Первых гомосексуалов задерживали именно по старой «подставной» базе, у них под пытками выбивали имена их знакомых или просто проверяли всю переписку в телефоне.
К Новому году волна стихла, однако снова начала набирать силу в феврале, а в марте появились и первые трупы. РС утверждает, что иногда родным ставили условие, что выпустят задержанного гея, если те убьют его сами. И радиостанция получила сведения минимум о двух подобных случаях. Проверить их не удалось, так как в случаях «убийств чести» чеченская полиция не заводит уголовных дел.
«Разыскивая информацию об одной из жертв, ведущем Чеченской гостелерадиокомпании, мы обнаружили, что ЧГТРК полностью удалила все видео с данным журналистом, как будто его попросту не существовало», — утверждает РС.
Один из собеседников РС, которого в публикации называют Саидом, сказал, что к его семье приехали домой силовики, когда он был в Краснодаре. Он вспоминает, что ему позвонил один родственник-военный: «Я понимал, что он уже знает, и говорю ему: я гей. Он говорит, я знаю, у нас ничего не остается, как тебя убить. Я говорю, ладно, я приеду, но обещай, что вы меня убьете, не приближаясь ко мне. Он мне такого обещания не дал, потому что понимал, что им нужны контакты моих знакомых». Домой он не поехал.
Другой собеседник, Руслан, говорит, что провел в секретной тюрьме десять дней: «Мы жили в большом бараке, нас было 15 человек геев и еще с нами сидело человек 20 наркоманов. Но, когда мы появились, статус наркоманов сильно поднялся, им разрешали над нами издеваться». По словам Руслана, в тюрьме их ежедневно избивали, унижали, называли женскими именами и заставляли танцевать перед остальными, а также пытали током. Он рассказал, что чаще всего полицейские использовали для новых задержаний данные из переписки в мобильных телефонах пойманных геев. С февраля силовики начали общаться с аккаунтов задержанных ими людей — таким образом, любое общение на данную тему в Чечне стало крайне опасно.
Через десять дней гомосексуалов выстроили в ряд в том же бараке и стали по одному выдавать родственникам, унижая их перед родными. К Руслану в комнату дома вошел отец с металлической трубой: «Я ему говорю, подожди. Снимаю футболку и показываю, что и так весь синий — куда еще бить? Он ушел и больше со мной не разговаривал».
По словам председательницы Российской ЛГБТ-сети Татьяны Винниченко, после публикации материала в «Новой газете», когда ЛГБТ-сеть опубликовала электронный адрес для пострадавших (kavkaz@lgbtnet.org), к ним поступило более 30 обращений. «Каждый день мы принимаем 4-5 человек. Половина — это те, кто попал в февральскую волну. Их выпустили, они думали, что для них все закончилось, но потом пошли какие-то сигналы, что их могут забрать снова.
Возвращаться туда они не хотели, потому что к ним применялись пытки, и они бежали с тем, что есть в кармане. Вторая часть — те, кто успел уехать самостоятельно на разных этапах развития этой кампании, когда стали пропадать их знакомые… И первые, и вторые в тяжелейшем стрессе, у них буквально земля горит под ногами, они не знают, кому можно доверять и куда ехать», — говорит Винниченко.
Чеченские власти уверяют, что в республике не преследуют геев, потому что их попросту нет. Накануне Совет Европы потребовал от российского омбудсмена расследовать сообщения о травле в связи сексуальной ориентацией.